Олег Уланов

На главную
Контакты
Карта сайта

«Я родился
в Советском Союзе...»

Продовольственная программа

Главная  Колонка автора  Продовольственная программа

 Продовольственная программа

Люди старшего поколения, заставшие ещё послевоенное время, как правило, с ностальгией вспоминают свою молодость. «Время было трудное, голодное, а цены в магазинах снижались!». Действительно, в экономике СССР конца 40-ых – начала 50-ых гг. ХХ века имел место своеобразный, слабо представимый нам, привыкшим к рыночному монетаризму, фактор – регулярные снижения цен. Причем, не только розничных цен на продукты потребления, о чем с восторгом вспоминают рядовые граждане, но и оптовых цен на продукцию государственных предприятий. Причём плановые снижения цен были важнейшим системообразующим элементом сталинской модели экономики: в многом, такой парадокс объяснялся тем, что основным критерием эффективности предприятия в первоначально существовавшей модели социалистического хозяйства была себестоимость, а не прибыль.

Реформа Косыгина-Либермана 1965 года переориентировала производственные процессы в СССР на хозрасчёт. Поэтому практика регулярного снижения цен была свёрнута. В те же годы резко (в несколько раз) сократилось число натуральных плановых показателей в пользу показателей укрупнённых и стоимостных, ввиду чего возникла пресловутая проблема «вала», «валового» планирования. С расширением сферы товарного производства, диктовавшего начало действия непреложного закона стоимости как регулятора производства, было покончено со сталинской моделью экономики. Такая «гибридная» форма экономических отношений была характерна для всего периода «застоя». Хотя она и оставалась формально социалистической, поскольку базировалась на социалистической собственности, но при этом была «затратной» - теперь рост прибыли можно было достигать и без снижения себестоимости. Розничные и оптовые цены по-прежнему регулировались государством, но уже в форме ограничений аппетитов предприятий. Вынужденные повышения цен были редки, ввиду своей крайней непопулярности у населения, но начиная с 70-ых годов стали неизбежны, несмотря на сопротивление идеологических догматиков. В частности, в 1981 году были на 25-30% повышены цены на предметы роскоши (ювелирные изделия, хрусталь, ковры, меха и т.д.), а также увеличилась стоимость литра бензина. Но, повторимся, такие акции были скорее разовыми мероприятиями, нежели систематической корректировкой.

 

С 1992 года Россия, перешедшая на новые, рыночные рельсы, существует в условиях постоянных инфляционных процессов. К ползучему повышению уровня розничных цен обыватель не то чтобы привык, но смирился как с неизбежным злом. Однако, элиты прекрасно понимают, что умеренная ценовая политика на товары первой необходимости, в первую очередь продовольственные, есть важнейший фактор их дальнейшего нахождения у власти. Марш пустых кастрюль, предводительствуемый бабушками, которым не хватает пенсии на хлеб и молоко – страшная сила, способная вымести из Кремля любых «гарантов». Поэтому время от времени в правительстве и Федеральном собрании появляются на свет инициативы, направленные на ограничение аппетитов торговли, поскольку именно в этом звене формируется львиная доля наценки.

Вчера, 22 ноября 2012 года, заместитель председателя комитета Госдумы по аграрным вопросам Надежда Школкина, объявила о том, что в декабре этого года депутаты внесут поправки в закон «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации», позволяющие на уровне государства регулировать цены на продовольственные товары. Согласно предлагаемых новаций, правительству дается право устанавливать предельные размеры торговых надбавок на некоторые виды сельхозпродукции и продовольственных товаров с высокой социальной значимостью для организаций, осуществляющих торговую деятельность. Самое главное в данном законопроекте: уровень предельно допустимых значений наценок не может превышать «для переработчиков - 15% от отпускной цены производителя сырья; для организаций оптовой торговли - 10% от отпускной цены производителя продовольственных товаров; для организаций розничной торговли, включая рынки - 15% от отпускной цены производителя продовольственных товаров или оптовой цены; для организаций общественного питания — 15% от отпускной цены производителя продовольственных товаров или оптовой цены».

За 20 лет, истекших с того судьбоносного момента, когда Егор Тимурович Г. и Анатолий Борисович Ч. кинули наше Отечество в пучину макроэкономического беспредела и бандитско-грабительской приватизации, вышецитированная инициатива – первый, пожалуй, шаг к попытке ограничения аппетитов торговых сетей и переработчиков. Из пояснений депутатов следует, что «В Госдуму с просьбой ввести предельные наценки обратилось несколько производителей Московской, Рязанской, Кировской, Воронежской и других областей. Торговые сети вынуждают сельхозпроизводителей понижать отпускную цену до себестоимости и даже ниже. Но не для того, чтобы снижать розничную цену, а для увеличения торговой наценки». Ритейлеры, в частности, вынуждают хлебозаводы продавать хлеб ниже себестоимости, которая составляет сейчас на батон нарезной 14 рублей, а на хлеб формовой – 17 рублей.

Аналитики довольно критично отреагировали на предложения единороссов, в частности Н.Колупаева из «Райффайзенбанка» предположила, что сдерживание цен административными методами может оказать негативное влияние на качество поставляемой продукции. Кроме того, существует подозрение, что такого рода внеэкономические рычаги могут способствовать развитию давно забытого явления - «дефицита» продуктов на полках магазинов. Впрочем, ежели обратиться к опыту западных экономик, то можно напомнить апологетам ничем не сдерживаемой жадности торговых сетей, что в Нью-Йорке и штатах Новой Англии (США), к примеру, предельная торговая надбавка на молоко не может превышать 50–55 центов за галлон, что составляет приблизительно 11% от конечной цены. И ничего катастрофического не происходит – очередей за молоком в тамошних магазинах не наблюдается. Другое дело, что грабительские условия работы «сетевиков» с сельхозпроизводителями и переработчиками – это лишь частный случай общего, уродливого перекоса нашей экономики в сторону от примата производства товаров к лидерству перепродавца. Поставив во главу угла торжествующего торгаша и провозгласив его главным локомотивом народного хозяйства, стоит ли удивляться тому, что розничные сети диктуют теперь свою волю всем остальным участникам производственной цепочки? «За что боролись, так тому и надо».

Источник

© 2009 Уланов Олег Владимирович
разработка сайта — СолидСайт
Карта сайта Версия для печати